НОВОСТИ    БИБЛИОТЕКА    ССЫЛКИ    О САЙТЕ




предыдущая главасодержаниеследующая глава

Наверху - Москва (Т. Федорова, Герой Социалистического Труда, ветеран Метростроя)

Я и года не проработала на "Каучуке", как в моей жизни произошло большое событие. Расскажу по порядку.

Это было в 1932 году. В клубе "Каучук" звенят молодые голоса, вперебивку несутся песни и громче всех - "Наш паровоз, вперед лети, в коммуне остановка...". Здесь собралась молодежь Фрунзенского района. Идет районная конференция.

Первая в моей жизни конференция. Мой комсомольский стаж исчислялся одним годом. Все кажется интересным, захватывает, волнует...

Горячо, со знанием жизни комсомольцев-фрунзенцев выступает наш районный вожак - Сима Зимина. За ней на трибуне появляется тоненькая, маленькая Шура Мельникова и увлеченно говорит о пионерской работе, и я радуюсь за нее. Совсем недавно она была пионервожатой у нас в школе. Ее сменяет Боря Мельников, комсорг Гознака, потом Саша Филькович с нашего "Каучука". Все говорят просто, без бумажек, очень искренне - каждый хочет рассказать о самом важном в комсомольской работе, успехах на производстве.

Стали выбирать райком, и вдруг слышу: "Федорову". Я боюсь поднять глаза, наверное, ошибка... Но меня уже вызывают на трибуну, из зала кричат: "Расскажи о себе!" Рассказывать почти нечего - какая у меня биография?

Трибуна высокая, и я поднимаюсь на цыпочки. Рассказываю, что в пионеры принята в 1925 году, комсомолка с прошлого года. Учусь в ФЗУ, комсорг группы, а еще капитан волейбольной команды. Кричат: "Выбрать капитана!"

Выбрали...

Вскоре произошло и другое радостное событие: мы закончили ФЗУ и стали заводскими работницами. Зина и Шура - клейщицы, Тоня - мотористка, я - такелажница. Это нелегкая работа, но интересная и умная.

Как раз в то время у нас в цехе готовили стратостат. Ожидался новый полет в стратосферу. (Первыми в 1933 году поднялись высоко над землей Прокофьев, Годунов, Бирнбаум. Стратонавты покорили высоту в 19 тысяч метров, открыв путь к звездам, путь в космос.) Такелажники выполняют соединение гондолы с оболочкой, которая при наполнении ее принимает форму слегка вытянутого шара. Когда мы подходили к надутой оболочке и заглядывали внутрь, даже оторопь брала - какая махина!

Мы видели храбрецов Федосеенко, Васенко и Усыскина. Они охотно беседовали с нами. Так мы узнали, что пилот Андрей Васенко и главный конструктор Павел Федосеенко - участники гражданской войны, Илье Усыскину ко времени полета исполнилось 23 года. Несмотря на молодость, он ученый, приват-доцент Ленинградского физико-технического института. "Наша цель, - говорили они, - подняться как можно выше..."

Жизнь и работа шли своим чередом. Комсомольские дела тоже. Волейбольная команда наша крепла. И соревновалась почти во всех спортзалах Москвы... Однажды в наш цех прибежал секретарь комсомольского комитета и велел всем комсомольцам собраться во время обеденного перерыва в красном уголке - будет важное сообщение...

Рис. 33. Герои-подводники А. С. Морухов и М. В. Грешилов
Рис. 33. Герои-подводники А. С. Морухов и М. В. Грешилов

Обед свой мы проглотили на ходу. Бежим на собрание. И вот уже плотно обступили высокого худого паренька в синем комбинезоне. Он необычайно серьезен. И серьезно рассказывает нам о совсем непонятном: в Москве собираются строить метро. Что это такое? Надо послушать... Я с досадой оглядываюсь на хихикающих девчат. Те сразу смолкают.

- Я из горкома комсомола, - сказал паренек. - Чтобы построить метро, метрополитен, нужно много людей. Работа тяжелая. Работать придется под землей. Объявлен призыв комсомольцев.

Не сговариваясь, три девчонки, три недавних фабзайчонка - комсомолки Зина Максакова, Шура Лазарева и я подняли руки:

- Мы пойдем. Пишите нас...

Наконец-то у нас в руках заветные комсомольские путевки, отпечатанные на узкой полоске бумаги. Нас троих "каучуковок" направили на одну шахту 31 - 32.

Бежим. Это близко. На Воздвиженке, только пройти Арбат. Прибежали. Ищем шахту, а ее еще нет и в помине. Нас приветливо встречают инженер Афонин, комсорг Вера Люшвина.

- Получайте спецовки, девчата, и айда на работу. Задача у нас пока простая: надо построить забор, огородить территорию, разобрать мостовую, снять трамвайные рельсы, сломать все эти небольшие дома, отвести канализационный коллектор - только после этого будем закладывать шахту.

Раз надо - значит, надо! Мы и к этим боям готовы! Натягиваем спецовки и - на работу! Не все сразу получалось: конечно, булыжник разбирать было легче, чем ломать печную трубу. Ведь надо не только залезть на крышу, постараться не свалиться с нее, но надо с разбегу упереться в трубу плечом и завалить ее - нельзя же по кирпичику разбирать - у нас слишком мало времени.

Когда усталые и чумазые шли мы с работы, прохожие спрашивали нас с удивлением:

- Откуда вы такие?

- Мы - метростроевцы!

Вот написала я "натягивали" спецовки, и самой стало смешно. Мы буквально тонули в огромных брезентовых куртках и брюках. Потом все подогнали, ушили, а что делать с сапогами - вместо 36-го 44-й номер - беда, да и только! С каким шиком мы носили огромные шахтерские шляпы, в которых поначалу не было нужды.

Народу на стройке много. Нас разбили по сменам. Меня назначили бригадиром. В бригаде 23 человека. И сразу в ночную. Представьте себе проспект Калинина 30-х годов. Темная морозная ночь. Кругом полыхают костры - так мы отогревали мерзлый грунт.

У каждой шахты первой очереди был обязательно шеф. Был шеф и у нашей шахты 31 - 32 - Исполком Коминтерна. Они были нашими соседями - размещались в здании напротив Манежа у Боровицких ворот.

Помню, шефы пригласили нас на встречу с Георгием Димитровым. Было это в канун 17-й годовщины Октября.

...Георгий Димитров! Это имя олицетворяет собой беспримерное мужество, величайшую преданность идеям марксизма-ленинизма. Его слова в зале фашистского судилища: "Если не хочешь быть наковальней - будь молотом!" - звучали как набат. Все честные люди земли боролись за его спасение, с радостью и ликованием встретили весть о его освобождении. Он в Москве... Коммунисты всего мира избирают Георгия Димитрова в руководство Коминтерном... И вот сейчас мы увидим его не на портрете, а лицом к лицу...

Открывается дверь - и на пороге Георгий Димитров. Мужественный и очень красивый. Темные, волнистые, откинутые назад волосы открывают сократовский лоб. Приветливо улыбается...

Прошли годы, десятилетия, а я и сегодня слышу ласковый голос Димитрова, с мягким акцентом, вижу полную доброты улыбку.

...В Москве, неподалеку от Кремля, есть площадь, в центре которой на постаменте высится могучая фигура великого друга советского народа Георгия Димитрова. В день открытия памятника я долго стояла у его подножия. Потом положила цветы и алую ленту с памятным знаком "Ветерану московского метро".

Вспомнилось, как в 1937 году, в тот день, когда состоялись первые выборы в первый Советский парламент, Димитров пригласил меня к себе в знакомый кабинет и по-отечески поздравил с высокой честью - избранием депутатом Верховного Совета СССР.

"На самолет!" - это был лозунг комсомолии 30-х годов.

Метростроевские комсомольцы - парни и девушки "заболели" авиацией. Вблизи Москвы подле станции Малые Вяземы метростроевский аэроклуб получил площадку под аэродром, и наша авиационно-парашютная жизнь началась... с корчевания пней. Каждый день после работы будущие учлеты и парашютисты садились на Белорусском вокзале на паровичок - электричек тогда еще не было - и полтора часа ехали до Вязем. Оттуда через лес четырехкилометровый поход до места будущих полетов.

С пнями мы расправились быстро, и началось строительство взлетных и посадочных полос, ангара. И вот в 1934 году на нашем взлетном поле вырос ангар, а в нем угнездились четыре У-2 и три планера.

В аэроклуб Метростроя отбирали самых лучших молодых рабочих, стахановцев - проходчики, кессонщики, плотники, шоферы, бетонщики вначале робко, но настойчиво набирали высоту. Сережа Орлов и Саша Макаренков были первыми, кто ушел в самостоятельный полет с нашего аэродрома. Первыми парашютистами были Саша Винокуров, Владимир Антоненко, Василий Батруков. Не отставали в летной учебе и девчата. Вера Казина, Нина Федорова, Марина Трусова, Роза Малкова, Маша Виноградова вскоре получили разрешение на старт, а Таня Никулина и Лида Сергеева работали потом инструкторами аэроклуба. Как радостно было смотреть, когда на встрече бывших учлетов Герой Советского Союза Олег Смирнов поцеловал руку маленькой белокурой женщине Лидии Сергеевой - она, женщина-инструктор, научила летать будущего Героя.

Во Дворце культуры Метростроя, в музее трудовой и боевой славы портретную галерею открывает фотография, на которой сняты три друга - три комсомольца-первопроходца, три первых аэроклубовца - Митя Пимакин, Саша Лобанов и Вася Кочетков. Передовики в шахте, умные и скромные ребята, они учились в аэроклубе и в годы войны стали летчиками-истребителями. Все трое погибли в боях с фашистами.

Повторив подвиг Николая Гастелло, погиб и Вячеслав Кротевич.

В годы войны только летчики метростроевского аэроклуба, пополнившие ряды нашей авиации, по самым скромным подсчетам сбили в воздушных боях и уничтожили на земле около 1000 самолетов противника, потопили 8 вражеских кораблей, пустили под откос 17 эшелонов и уничтожили более 200 автомашин с живой силой и техникой врага. Подавили сотни артиллерийских орудий. Повторяю, что я говорю только о летчиках нашего аэроклуба. По всей стране аэроклубов были сотни.

...Однажды, когда мы вот так "подлетывали" в Вяземах на своей безмоторной авиации, к нам на старт пришел инструктор парашютного спорта Каюм Мельдизин.

- Курсант Федорова! Вы хотите прыгнуть с парашютом?

Все ребята и я ошеломлены. Ведь мы даже в качестве пассажира на У-2 еще не летали, а тут такое счастье - и первый полет и прыжок.

- Конечно, хочу!

- Тогда на старт.

Через все поле аэродрома бежим к старту. Там в зеленом чехле приготовлен парашют. Каюм помогает надеть его - он тяжелый, 16 килограммов, да не один, а два. Основной на спине, а запасной, поменьше, на груди.

Маленький, как кузнечик, самолет У-2. Он показался мне в те минуты огромным. Каюм показывает, как надо залезть в кабину, как по команде в воздухе вылезти из нее на крыло, как держаться, чтобы раньше времени не сорваться вниз.

На земле вроде бы все просто. Слушаю внимательно, Мельдизин продолжает инструктаж:

- Летчик дает команду: "Вылезать!" Вылезаешь. Левой рукой держись за его кабину, правая - на кольце парашюта. По команде "Пошел!" прыгай. Смотри, на крыле не открой парашют, а то все трое погибнете. И ты, и летчик, и самолет.

Каюм продолжает:

- Прыгнешь, тогда дергай кольцо. Если этот парашют не откроется, берись - вот видишь - за красное колечко, запасное, - рви его. Если и второй парашют не раскроется, - добавляет потихонечку Каюм, - лети так, больше делать нечего.

Говорит, а сам озорно улыбается. Оказывается, он проверяет нервную систему курсанта...

Итак, летчик Курочкин Василий Павлович сел в самолет. Сажусь и я. Выруливаем на старт. Мы в воздухе. Смотрю на удаляющуюся землю. Человеческие фигурки как жуки. Ох какая она красивая, земля, сверху. Вижу синюю ленточку реки, шоссейные дороги похожи на канаты, протянутые среди рощ и лугов. А вот наше озеро просматривается сквозь верхушки деревьев.

...Летчик сбавил газ. Слышу команду: "Вылезай!" В одно мгновение я на крыле. Какая-то я невесомая, сжалась в комочек. Подо мною пропасть. Хорошо, под ногами спасительное крыло самолета. Глянула вниз - жутко. В этот момент команда: "Пошел!" Делаю шаг в пустоту. Резкий рывок. Потом огромной силы динамический удар - раскрылся белый шелковый купол парашюта.

От радости кричу, пою, как на гигантских качелях опускаюсь с небес прямо в огород. Народу набежала уйма. Не знаю, откуда столько. В ушах звон. На душе великая радость.

Подошел командир-инструктор.

Отстегиваю крепление. Руку к шлему:

- Товарищ инструктор, первый прыжок курсант Федорова выполнила.

- Поздравляю. Все нормально. Вольно. - Он сам рад, наш Каюм, что все прошло хорошо.

Любимец аэроклуба Каюм Мельдизин, талантливый летчик и парашютист, погиб, защищая Ленинград. Провожая меня на первый прыжок, он, конечно, очень хотел, чтобы все было хорошо. Первые парашютисты помнят, что в те годы даже предохранительных резинок, соединяющих вытяжное кольцо с рукой парашютиста, еще не было придумано. Полуавтоматы и другие приспособления появились позже.

...Вечером перед строем мне объявили благодарность и подарили гимнастерку и картуз со звездочкой. Какой это был счастливый день!

Начались прыжки и летом, и зимой, и ночью, и в воду. Незабываемые авиационные праздники в Тушине и наши десанты на разноцветных парашютах.

В феврале 1936 года газеты и радио оповещают, что в Туле состоится первый слет аэроклубов Москвы и Московской области. В соревновании примут участие летчики, планеристы и парашютисты.

Рис. 34. Парад Победы. Знамя, водруженное над рейхстагом, несет метростроевец Герой Советского Союза Константин Самсонов
Рис. 34. Парад Победы. Знамя, водруженное над рейхстагом, несет метростроевец Герой Советского Союза Константин Самсонов

...Как дорогую реликвию и поныне храню я премию - огромный тульский самовар, на котором написано: "Федоровой Татьяне Викторовне, парашютистке, участнице 1-го областного слета аэроклубов. 1 марта 1936 г."

Никогда не забыть мне тот осенний день 1937 года, когда меня, комсомолку, бригадира стахановской бригады Метростроя, выдвинули кандидатом в депутаты Верховного Совета СССР.

...Встречи с избирателями. Прежде всего со своими - метростроевцами, строителями шахты № 75, станции "Маяковская", - прямо под землей. Какое множество собраний! Иногда по два-три в день. Выступаю на фабриках и заводах, в военных академиях и училищах, театрах и консерватории, в школах и больницах. Одно из первых предвыборных собраний было на фабрике "Дукат". Перед собранием обошла цехи, повстречалась с людьми. Потом - встреча в битком набитом клубе фабрики.

Избрание в Верховный Совет СССР совпало с другим большим событием в моей жизни. Меня вместе с другими стахановцами направили на учебу в Транспортную академию на факультет метростроения. Наказ товарищей был таков: "Возвращайся инженером".

Жизнь моя разделилась на две половины: учеба и депутатские обязанности. Два раза в месяц прием избирателей. Рядом с учебниками на моем письменном столе каждый день появлялась новая стопка писем, которые требовали своего разрешения и действия.

На первую сессию, как и большинство депутатов, я пришла пораньше. Оставив в гардеробе свое пальтишко и кубанку, бегу в вестибюль. Навстречу мне медленно идет пожилая полная женщина. Одета она в длинное черное платье и бежевую вязаную кофту. Седые, зачесанные на прямой пробор волосы непокорными прядями обрамляют такое милое, ласковое, с детства знакомое лицо Надежды Константиновны Крупской.

Надежда Константиновна ласково обняла меня, поздравила с избранием депутатом и сказала, взяв за руку:

- Танечка, ты помоги мне подняться по этой огромной лестнице...

Как я была рада этой нечаянной встрече.

Медленно, ступенька за ступенькой поднимаемся мы с Надеждой Константиновной (самый почетный и самый молодой депутаты) по беломраморной лестнице Большого Кремлевского дворца...

Учились мы летному и парашютному делу без отрыва от производства. Летали, прыгали и не знали, что вскоре многие наши товарищи займут место за штурвалами боевых машин. Метростроевская летопись гласит: 29 москвичей-метростроевцев - участников Великой Отечественной войны удостоены высокого звания Героя Советского Союза.

Кто же они?

Учлет Сережа - после войны полковник Сергей Алексеевич Феоктистов - работал подземным штурманом - маркшейдером. В годы войны он летал на штурмовике Ил-2, прозванном фашистами "черной смертью". Феоктистов совершил 146 вылетов на штурмовки живой силы и техники врага. Лично сбил семь самолетов противника и четыре в группе. Такой счет даже для истребителя достоин высокой похвалы, а Феоктистов воевал на "летающем танке".

Герои Советского Союза Евгений Меншутин, Иван Королев, Владимир Наржимский, Олег Смирнов, Василий Барсуков - разве перескажешь все об их боевых вылетах, сбитых вражеских машинах, об уничтожении живой силы и техники противника!

Генерал-майор авиации Иван Алексеевич Вишняков - кадровый военный, ветеран Метростроя. Работал слесарем-механиком на строительстве первой, второй и третьей очередей Метростроя. Курсант-аэроклубовец - в годы войны командовал эскадрильей имени Олега Кошевого. Последний свой вылет он совершил 8 мая 1945 года.

Василий Сергеевич Котлов, тоже бывший наш метростроевец, ныне заслуженный летчик-испытатель, Герой Советского Союза... Кажется, совсем недавно пришел школьник Вася Котлов в ФЗУ Метростроя, начал строить станцию "Красные ворота". Он везде первый - и в шахте и в воздухе... Вторым призванием Василия Котлова стала авиация. Он испытатель - скольким машинам дал путевку в жизнь, сколько раз смотрел смерти в глаза!

За строительство метро в суровые годы войны и выполнение специальных заданий Государственного Комитета Обороны Метрострой награжден орденом Трудового Красного Знамени.

Как бесценную реликвию бережем мы знамя Государственного Комитета Обороны, врученное нам на вечное хранение за массовый трудовой героизм московских метростроевцев.

Позади осталась тяжелейшая из войн. В декабре 1948 года меня назначили начальником строительства-20. Приказом министра путей сообщения Бориса Павловича Бещева новому нашему коллективу поручалось строить станцию "Новослободская" и перегонные тоннели. Мне было присвоено звание - директор-полковник пути и строительства.

Такое назначение - огромное событие в моей жизни. Пожалуй, не только на метро, но и в стране такого еще не бывало, чтобы женщина - и начальник шахты. Я очень волновалась, как воспримут мое "вторжение" в эту истинно мужскую профессию коллеги. Прошли годы, я работала начальником шахты почти 14 лет и теперь могу сказать, что это были и очень трудные, и самые счастливые годы моей жизни...

...Приказ надо выполнять. Необходимо сформировать штаб нового строительства, рабочий коллектив, осмотреть отведенную по проекту площадку для новой шахты, найти место для строительства бытовых служб, механического цеха, подумать, где разместить управление стройки. Сижу зимними сумерками у себя в конторке подле "Парка культуры". Люблю я эти часы, когда утренняя смена ушла по домам, а вечерняя в забое, - есть время поразмышлять.

Главным инженером на строительство назначен опытный метростроевец, в прошлом сибиряк Афанасий Иванович Ботов. Главным механиком Верейнов Дмитрий Константинович - отличный электромеханик, умнейший, принципиальный и очень добрый к людям человек. С нами Николай Феноменов и другие испытанные в подземных боях друзья - бригадир слесарей И. С. Шкуренко, Б. С. Жеглов, И. И. Волков, П. В. Давыдов и многие, многие другие.

В целом коллектив строителей новый. Задачи перед нами большие - вместе с другими, уже работающими шахтами завершить Большое подземное кольцо, улучшая прежние достижения. Очень хотелось нам, обобщив огромный опыт метростроения, сказать свое слово - слово 20-й шахты: дать новые скорости проходки, но не только по перегону, а и по станционным тоннелям и по сооружению наклонного хода. Мы понимали, что одно дело желание, другое - практическое осуществление. И пока велись подготовительные работы, технический совет шахты собирался многократно.

К началу 1949 года работа на строительстве кольцевой линии метро шла полным ходом. Уже было многое сделано. Нашему вновь созданному коллективу предстояло догнать ушедших вперед и вместе с ними сдать участок Большого кольца.

Нам казалось очень заманчивым коренным образом изменить проект, которым предусмотрено строить станционные тоннели щитами. Исследования геологии показывали, что на нашем участке порода крепкая и позволяет идти без щита, только эректорами (тюбингоукладчиками) - скорость проходки намного выше. Это был смелый, рискованный путь. Но, взвесив многократно все "за" и "против" и посоветовавшись с руководством Метростроя, специалистами, бригадирами, останавливаемся на проходке эректорами.

Объем работы колоссальный, а времени мало. Перед началом работ была составлена циклограмма, предусматривающая сооружение полутора метров станционного тоннеля за две смены. Цикл мы начинали с разработки породы. Восемь часов отводилось на разработку и уборку породы, шесть часов на сборку двух тюбинговых колец, час сорок минут на зарядку забоя и взрыв, двадцать минут на проветривание. Эта циклограмма инженерно-техническим персоналом строительства была доведена до каждого рабочего бригады.

Наши "Новослободские" стахановцы внесли существенные поправки и в этот график. Максимальная скорость проходки, достигнутая на Метрострое при щитовой проходке станций, составляла 54 кольца в месяц. При сооружении станционных тоннелей "Новослободской" коллектив участка, возглавляемый коммунистом Г. В. Борисенком, значительно превзошел это достижение, работая без щита.

...Вся конструкция станции была построена нами в рекордно короткие сроки - за семь месяцев. Отказ от щитовой проходки был вполне оправдан и принес экономию около 6 миллионов рублей.

Рис. 35. Боевая многотиражка Метростроя помогала организовать социалистическое соревнование на шахтах
Рис. 35. Боевая многотиражка Метростроя помогала организовать социалистическое соревнование на шахтах

Коллектив участка коммуниста Н. А. Нечаева, бригады проходчиков В. Ф. Куликова, Е. Т. Кудаева, К. И. Ткаченко, сооружая эскалаторный тоннель станции "Новослободская", а затем бригады В. Ф. Куликова, И. С. Костенко, Д. Д. Горбулина при сооружении эскалаторного тоннеля станции "Комсомольская" добились высоких скоростей - 26 и 33 тюбинговых кольца в месяц, что в 2 - 3 раза выше скорости, установленной техническим проектом.

За апрель 1951 года бригады К. Козлова, М. Михайлова, А. Кузнецова соорудили 115 погонных метров тоннеля без щита. Такая скорость на Метрострое достигнута была впервые.

В мае, повторив скорость апреля, эти же бригады дали 116 погонных метров и провели сбойку по правому тоннелю - предпоследнюю сбойку на трассе.

В июне скоростники стахановского участка вписали еще одну славную страницу в историю тоннелестроения. За месяц сооружено 150 погонных метров тоннеля. Техническая скорость превзойдена в 3 раза. В отдельные сутки скорость проходки достигала 7 метров. Наивысшей суточной скорости добились 26 июня - 7 метров 15 сантиметров. В этот день бригада проходчиков ветерана метростроения коммуниста Козлова за смену соорудила 2 метра 86 сантиметров, что выше суточной скорости целого горного участка.

Весь коллектив шахты собрался по окончании смены на митинг. Овацией и цветами были встречены герои-проходчики. Это была третья по счету высшая на Метрострое скорость проходки, которую вписали стахановцы 20-й шахты в историю тоннелестроения.

Станция "Новослободская", где проходил митинг, только вчерне готова. На этот раз пилоны украшены новоявленными архитекторами - детьми подшефного детского дома № 19 и его директором Марией Ивановной Котляровой, - украшены не мрамором, а живыми цветами. Васильки и ромашки, ветки березы! Но главное украшение - люди. Улыбающиеся, счастливые, гордые успехом своего коллектива, своим поистине коммунистическим трудом.

Иван Сергеевич Костенко, бригадир проходчиков, заявил тогда от имени всех шахтеров:

- Нам удалось достичь высоких скоростей. Но Метрострой тем и силен, что не стоит на месте. Мы от души желаем, чтобы эти скорости были превзойдены.

...Каждая станция, как и наша "Новослободская", - это творение всей страны. Здесь гранит с Урала, из Киева, с Кавказа, эскалаторы из Ленинграда, электроприборы из Башкирии и Баку. Чеканные орнаменты витражей сделаны замечательными умельцами из Риги - старейшими мастерами комбината "Максла", а стекло цветное для витражей прибыло из Чехословакии. Сама станция - "слобода", как мы ее называли, - построена по проекту крупнейшего советского зодчего Алексея Николаевича Душкина (по его проектам строились, к слову сказать, лучшие станции метро: "Дворец Советов" - ныне "Кропоткинская", "Площадь Революции", "Маяковская").

Как-то Алексей Николаевич звонит мне на шахту:

- Сейчас еду к вам и везу замечательного художника Павла Дмитриевича Корина.

И вот входят ко мне - улыбающийся, огромный, как былинный богатырь, обаятельный Душкин и рядом с ним человек небольшого роста в бобровой папахе, надвинутой на густые брови, длинной черной шубе на меху, с толстенной тростью в руках - Павел Дмитриевич Корин.

Когда же он снял шубу и шапку и мы протянули друг другу руки для приветствия, я увидела совсем другого человека - очень красивого. Ясное лицо без единой морщинки, высокий лоб и вьющиеся, с чуть заметной проседью волосы.

- Давайте знакомиться, дорогая Татьяна Викторовна, - говорит он, окая.

...Павел Дмитриевич и Алексей Николаевич внимательно осмотрели зал, пилоны, на которых будут витражи, и остались всем довольны. Павел Дмитриевич работал тогда над большим панно для станции "Комсомольская", но по всему было видно, что наши витражи уже полностью им завладели...

Бывают ли в шахте опасные моменты? Да, бывают. Я на себе испытала такие страшные минуты, когда мороз ходит по коже и шевелятся волосы. Произошло это в канун Первого мая 1956 года. Мы сооружали тогда под проспектом Мира станцию "Ботанический сад".

Вместе с главным инженером Борисенком, главным механиком Верейновым и подземным штурманом Шашкиным спустились в шахту и только вышли из клети, вдруг послышался страшный скрежет. Впечатление было такое, что к нам сквозь вековую толщу кто-то с силой рвется в штольню. Мощные верхняки - бревна в обхват толщиной - на наших глазах стали лопаться, как спички.

Разыгралась юрская глина. И пошло... Вековая глина с получением влаги разбухает до такой степени, что все крошит на своем пути.

...Вот где проверяются человеческие качества, чувство взаимовыручки. Штольня под угрозой. Все, чем можно крепить выработки, пошло в ход... На ликвидацию аварии ринулись все - проходчики, монтажники, взрывники, сварщики, откатчики. Мощные металлические рамы из швеллера и труб предотвратили катастрофу. Прошли сутки, но никто не ушел из шахты.

Мокрые, грязные, измученные, но бесконечно счастливые, поднялись утром мы на-гора, где ярко светило солнце, где звучала музыка.

Праздник на улицах столицы, праздник у нас на душе. И на этот раз мы победили. Мимо нас по широкому проспекту Мира на Красную площадь шагали нарядные москвичи. А мы плотной группой стояли в мокрых спецовках. Если бы люди знали, какого страшного зверя мы только что укротили!.. Имя ему - горное давление.

...У всех на устах имя героического сына земли русской - космонавта номер один Юрия Гагарина. "Ах, если бы он смог побывать у нас!" Мечтают об этом не только метростроевцы. Решаюсь позвонить Каманину.

- Николай Петрович, здравствуйте! Многотысячный Метрострой обращается к вам с просьбой. У нас большой вечер. Нам очень хочется повидать и послушать Юрия Гагарина.

- Что же мне делать? Это почти невозможно, но и метростроевцам отказать нельзя. Давайте завтра созвонимся.

Назавтра - радость. Николай Петрович говорит, что Юрий Алексеевич в семнадцать ноль-ноль приедет прямо во Дворец Метростроя.

- Можно надеяться, что приедет и Валентина Ивановна?

- За женой, если можно, пошлите машину. Вот адрес...

Метростроевцы ликуют. Пионеры и комсомольцы приготовили цветы, шахтеры выбрали для подарка каску - "Первопроходцу космоса от первопроходцев метро".

Народ дружно собирался в своем Дворце культуры (было это 5 марта 1963 года). Первостроитель Саша Кирсанов занял наблюдательный пост на подоконнике - до начала собрания еще 40 минут. Я смотрю в окно на Костомаровский переулок и вижу черную "Волгу". Она развернулась, встала невдалеке от подъезда. Из нее выходит в шинели и каракулевой шапке Юрий Гагарин!

Бросаемся вниз. Радость встречи, как ее передать? Вот он, улыбчивый, милый: "Приехал пораньше, а то вдруг заблужусь... А Вали еще нет?" - "Пока нет. Послали за ней машину с девчатами - скоро будут!"

Юрий Алексеевич здоровается с ветеранами, юными пионерами, осматривает Дворец. Ко всему и всем внимателен.

- Как хорошо, что вы всех метростроевцев, награжденных за ударный труд, золотом записали на этих стендах. Да, богат Метрострой замечательными людьми. Не в каждом коллективе сразу тридцать Героев Советского Союза, а Алексей Рязанов даже дважды Герой. Это замечательно!

Подбегают Надя Чугунова и Таня Рожкова. Я представляю их и говорю, что это тоже наши ветераны. Юрий от души хохочет, жмет им руки:

- Какие ветераны у вас молодые!

Переходим в комнату президиума. По дороге - автографы, автографы... А вот и Валентина Ивановна. Муж и жена обмениваются веселым добрым взглядом.

Прошу Юрия Алексеевича сделать для метростроевцев памятную запись на большой фотографии, где он снят с Германом Титовым, Андрияном Николаевым и Павлом Поповичем. Он садится, кладет снимок на колено и пишет: "Коллективу Метростроя, создателям самого лучшего, самого красивого, самого удобного в мире метро, с самыми добрыми пожеланиями в труде и жизни. Ю. Гагарин. 5.III - 63 г."

Мы бережно храним эту бесценную фотографию и память о незабываемой встрече.

...Нас было 1100 ветеранов первых пятилеток во главе с Алексеем Стахановым - Героев Труда, кавалеров ордена Ленина, участников первой всесоюзной встречи представителей трудовых династий рабочего класса и колхозного крестьянства. Мы приехали в Донецк в октябре 1971 года, чтобы обсудить задачи, поставленные перед тружениками города и села XXIV съездом партии. Два незабываемых дня встреч, митингов, демонстраций, бесед с молодежью Донбасса.

Как тепло принимали нас молодые земляки Паши Ангелиной, молодые забойщики горловской "кочегарки", "внуки" Никиты Изотова.

Утро 29 октября 1971 года столица донецкого края встретила торжественно и празднично. Людское море затопило просторную площадь, на которой возвышается монумент создателю Советского государства, основателю Коммунистической партии - Владимиру Ильичу Ленину.

Оглашается коллективное письмо, написанное полпредами трудовых династий поколениям 2018 года. Отеческий наказ дочерям, сыновьям, внукам и правнукам - тем, кто пройдет здесь в праздничных колоннах в день 100-летия Ленинского комсомола...

Москва - мой город! Я люблю ее во все времена года - летом и зимой, весной и осенью. Кажется, нет улицы, площади, проспекта, которые бы я не мерила, шагая под землей или по земле, мысленно продолжая трассы тоннелей метро...

Москва - город-герой - всегда прекрасна.

От Кремля - сердца Москвы во все концы столицы, как артерии, тянутся стальные пути метрополитена. Ежегодно открываются новые станции, и москвичи с завидной быстротой осваивают их. Они едут в красивых удобных вагонах, и каждый занят своими мыслями, своими заботами... А в эти минуты в шахты метро спускаются бригады проходчиков. Идут парни в касках набекрень, с отбойными молотками на плечах. Идут, чтобы продолжить битву за каждый метр московской земли...

Метрострой - город под городом - живет своим напряженным трудовым ритмом, который не прерывается ни на минуту. Одна бригада сменяет другую. Работают под землей вдохновенно, творчески - ведь наверху Москва.

Литературная запись Л. Стишовой.

Из книги: Федорова Т. Наверху - Москва. М., 1975.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2010-2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://railway-transport.ru/ "Railway-Transport.ru: Железнодорожный транспорт"